1941… Серпневий відхід радянських військ

Отход войск Южного фронта. Планомерность отхода войск Южного фронта, начавшегося 7 августа, вскоре была нарушена немецким наступлением, причем не с той стороны, откуда ожидалась наибольшая угроза, — не с севера от Вознесенска, а с запада на стыке 9-й и Приморской армий. Это было вызвано тем, что XXXXVIII моторизованный корпус (11 танковая, 16 моторизованная и моторизованная бригада СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер») был большей частью все еще скован боями с окруженными под Уманью войсками, а его 11 танковая дивизия выводилась из первой линии и направлялась на северный фланг группы армий «Юг». Вырвавшаяся вперед 16 танковая дивизия корпуса развернулась на восток, к Днепру, и вошла в состав XIV моторизованного корпуса фон Виттерсгейма. Соответственно смене подчинения сменился и вектор действий соединения:

«И 16 танковая дивизия, смененная на позициях у Вознесенска своей «сестрой» — 16 моторизованной дивизией, покатила 8 августа на восток. Боевые группы уже были повернуты на север, против Кривого Рога, и простояли там два дня, беспокоимые советскими самолетами».

В этих условиях 18-я армия сумела организованно подойти к переправам в районе Новая Одесса и четко выполнить переправу при содействии Дунайской флотилии. Моторизованные дивизии в вермахте, как правило, решали пассивные задачи, закрепляя захваченные танковыми дивизиями рубежи и прикрывая их фланги.

Вследствие того что отход войск 9-й и Приморской армий происходил по расходящимся направлениям, стык между ними неуклонно растягивался, чем не преминул воспользоваться противник. Приморская армия отходила на юг, на Одесские позиции, а 9-я армия — прямо на восток, на переправы в район Николаева. Первый удар последовал 8 августа, когда немцы нанесли сильный удар тремя дивизиями по стыку 9-й и Приморской армий в районе Жовтень. Удар пришелся по 30-й и 51-й стрелковым дивизиям. Дивизии эти, неся большие потери, своим быстрым отходом образовали разрыв на фронте Березовка — Благоево. В критическом положении оказалась 30-я стрелковая дивизия, оборонявшаяся на левом фланге 9-й армии. По распоряжению фронта 8 августа она передавалась из состава 9-й армии в Приморскую армию. Но вклинение наступавших немцев разобщило части этой дивизии. Одна часть войск примкнула к правому флангу Приморской армии, а другая — к левому флангу 9-й армии. Командиры частей, каждый самостоятельно, решили пробиваться в полосу не Приморской, а 9-й армии, что и было сделано. Наконец, 9 августа противник, нащупав разрыв фронта между 9-й и Приморской армиями, ввел здесь румынскую кавалерийскую бригаду, небольшие отряды мотопехоты с танками (танковой бригады), а затем силы 170, 73, 50 пехотных дивизий и перешел к преследованию отходящих 30, 51 и 176-й стрелковых дивизий 9-й армии. Связь с Приморской армией была окончательно потеряна.

Пауза, которая образовалась вследствие поворота 16 танковой дивизии на восток, давала лишь временную передышку. Она позволила к 10 августа переправиться через Южный Буг и развернуться к северу от Николаева частям 18-й армии. Но крупная механизированная группировка немецких войск в районе Кривого Рога угрожала отсечением армий Южного фронта от переправ через Ингул, Ингулец и, наконец, Днепр.

Отход 9-й и 18-й армий на Ингул и Ингулец. 12 августа командование Юго-Западного направления препроводило в Москву доклад штаба Южного фронта с просьбой разрешить отход на реку Ингулец:

«Прошу принять для немедленного доклада начальнику Генерального штаба документ большой важности. Передаю:«Ставка Верховного Командования тов. Сталину. Представляю на Ваше решение ходатайство Военного совета Южного фронта об отводе войск на реку Ингулец.

Прошу разрешить немедленно начать этот отход. Одновременно для обеспечения отхода и предотвращения катастрофы прошу усилить Южный фронт двумя бомбардировочными полками, двумя истребительными полками авиации и начать срочную переброску на линию Днепропетровск, Запорожье, Мелитополь шести стрелковых дивизий и трех танковых батальонов из резерва Верховного Командования.

Буденный, Хрущев, Покровский.”

Передаю текст ходатайства Военного совета Южного фронта. «Главкому Юго-Западного направления Маршалу тов. Буденному.

Первое. Обстановка на фронте в течение 10–11.8 резко изменилась, создалась прямая угроза не только Николаеву и Одессе, но угроза окружения армиям, их обороняющим.

Второе. Противник на криворожском направлений 10.8 овладел Александрия и своими подвижными частями распространяется за Ингулец юго-восточном направлении, стремясь, видимо, отрезать Криворожье. Установлена сильная мототанковая группировка в районе Нв. Буг.

Третье. Восемнадцатая армия с подчиненным ей Одесским пехотным училищем с трудом удерживают рубеж кол. Нв. Полтавка, Пески, Нв. Одесса, имея против себя превосходящие силы противника с танками.

Четвертое. Девятая армия с утра 11.8, атакованная с направления Демидово, Березовка, своими левофланговыми 30 и 51 сд начала быстро откатываться на юго-восток, прижимаясь к Бугскому лиману и реке Южный Буг.

19.00 11.8, атакованная с направлений Демидово, Бенеж. К 19.00 11.8 противник разведывательными частими занял Комиссаровка, Нечаянное, Анчекрак. Против девятой армии действует три ак, из них два немецких и конный корпус румын.

Пятое. Приморская армия обороняет рубеж Калиновка, Ираклиевка, Ротмистровка, Мангейм, Беляевка, имея перед собой до четырех тд, одной кд, танковые группы противника.

Шестое. В таких условиях дальнейшая оборона Николаева может закончиться большой катастрофой — потерей 18-й и 9-й армий, которые могут быть прижаты к морю с преграждением им путей отхода на рубеже р. Ингулец фронт Широкое, Херсон.

Приморской армией продолжать оборонять занимаемый рубеж и Одессу. Военный совет просит доложить срочно лично тов. Сталину. Тюленев Запорожец Задионченко Корниец Романов».

Однако на тот момент разрешения на отвод войск получено не было. И.В. Сталин направил командованию Юго-Западного направления телеграмму, в которой весьма резко высказался в адрес И.В. Тюленева и ответил отказом на предложение отойти дальше на восток:

«Николаев сдавать нельзя. Нужно принять все меры к эвакуации Николаева и, в случае необходимости, организовать взрыв верфей и заводов.Ни авиацией, ни стрелковыми дивизиями Ставка в настоящий момент помочь не может. Если обяжет обстановка, можете взять сами на себя дело отвода частей и организации обороны».

Даже без приказа на отвод 9-я и 18-я армии под давлением с запада неуклонно откатывались назад. Под Николаевом отходящим войскам армии Я.Т. Черевиченко грозила катастрофа в случае невозможности переправиться через Бугский лиман или перехвата переправ. Но умелые действия войск 9-й армии позволили удержать небольшую предмостную позицию и переправить на восточный берег реки по единственному наплавному мосту протяжением около 2 км людей и технику. Ближайшим аналогом операции 9-й армии является эвакуация союзников из Дюнкерка в июне 1940 г. Точно так же были задействованы все держащие на воде посудины, которые удалось собрать в округе. Переправлялись на лодках, плотах, баржах. Был даже использован плавучий док с николаевских верфей. В районе Николаева и севернее также были задействованы речные флотилии. Отход войск обеспечивали суда Дунайской флотилии и часть судов Пинской флотилии (монитор с двумя канонерскими лодками). В целом отход 18-й и 9-й армий с переправой через реки Южный Буг и Ингул может быть отнесен к положительным примерам действий подобного рода. Особенности театра военных действий, примыкавшего к морю, были грамотно использованы советским командованием.

С 12 по 14 августа войска 18-й армии переправились через реку Ингул, а войска 9-й армии заканчивали переправу через Южный Буг. Штаб фронта 13 августа перешел из Николаева в Берислав, откуда командующий Южным фронтом И.В. Тюленев на рассвете 14 августа прибыл в Николаев и руководил лично в течение дня действиями войск.

Но удержание растянутого перевернутого фронта не могло быть однозначно успешным. Кризис назрел уже через несколько дней.

Ранним утром 14 августа СМ. Буденный докладывал в Ставку ВГК:

«Утром 13.8 положение на Южном фронте резко осложнилось. Противник подвижными войсками прорвался с севера на восточный берег р. Ингул и отрезал пути отхода 9 и 18 армиям.Положение является трудным, потому что у командующего фронтом нет резервов для обеспечения отхода 9 и 18 армий.

Выдвинутые на р. Ингулец вновь сформированные две дивизии и несколько отрядов растянуты на широком фронте и поэтому легко прорываются, охватываются подвижными соединениями и уничтожаются.

Положение можно облегчить только переходом активным действиям подвижными войсками. Поэтому я решил в районе западнее Днепропетровск сосредоточить две танковые дивизии и нанести вначале удар по противнику, действующему из района Александрия, затем удар направить на юго-запад на выручку 9 и 18 армий.

К данному времени танковые дивизии находятся: 12 танковая** д*ивизия** составе 26 армии, приказал вывести ее резерв район Золотоноша для погрузки на желдорогу; 8 танковая** д*ивизия** находится процессе формирования районе Полтава. К 15 августа дивизия будет иметь около 100 танков.

Переброску и выход *в** намеченный район предполагаю закончить утру 18 августа.

Убедительно прошу для укрепления 8 т*анковой** дивизии** нарядить батальон танков Т-34.

Подробный план операции представлю 16 августа».

Как мы видим, в качестве альтернативы бегству за Ингулец и далее за Днепр командованием Юго-Западного направления была спланирована операция по нанесению встречных ударов со стороны 9-й и 18-й армий и собранной в районе Днепропетровска ударной группировки. На усиление этой группировки из состава 26-й армии Юго-Западного фронта рокировалась на Южный фронт 12-я танковая дивизия. Общий замысел операции выглядел следующим образом:

«Для обеспечения отхода 9 и 18 армий 1в** районе *к** западу *от** Днепропетровска создается ударная группа составе 8, 12 танковых дивизий, 26, 28 кав. дивизий и двух стрелковых дивизий.Задача ударной группы разгромить мото-мехвойска противника, действующие из района Александрия, и затем быть готовой атаковать *в** направлении Кривой Рог, Николаев.

Командование группой возлагаю на генерал-лейтенанта Чибисова. Действие ударной группы поддержать и прикрыть всей авиацией фронта и 4 авиакорпусом.

Генерал-лейтенанту Чибисову разработать план операции, определить район выгрузки танковых дивизий и донести утру 15.8 мне.

Всю подготовку операции вести строжайшем секрете. 8 и 12 танковые дивизии район Днепропетровск перебрасываются желдорогой расчетом прибытия не позже утра 17 августа».

Если быть точным, то по железной дороге перебрасывались гусеничные боевые и транспортные машины, а автотранспорт перемещался своим ходом. Это было типичным для того времени способом организации марша подвижного соединения. На 16 августа 12-я танковая дивизия насчитывала 57 танков (4 КВ и 53 Т-34), 8-я танковая дивизия — 121 танк (6 КВ, 3 Т-34, 112 БТиТ-26).

Однако пока собиралась ударная группировка, войска 18-й и 9-й армий самостоятельно прокладывали себе дорогу на восток. Им содействовала ударом с востока 296-я стрелковая дивизия, состоявшая в подчинении Резервной армии, из района Снегиревки. Успеху выхода из окружения способствовало то, что на николаевском направлении действовала фактически в одиночестве 16 танковая дивизия. Соединение Ганса-Валентина Хубе продвигалось к городу по левому берегу Ингула, вдоль железной дороги. Поставить прочный заслон на пути отходящих частей двух советских армий одна дивизия просто не могла, да и не пыталась. Произошло то, что не раз и не два происходило ранее и впоследствии в ходе сражений на окружение, советские стрелковые части просачивались через разреженные порядки «клешней» танкового клина.

В ночь на 17 августа войска 2-го кавалерийского корпуса и 18-й армии переправлялись через реку Ингулец. За рекой вражеское преследование прекратилось.

9-я армия с 15 по 17 августа прорывалась из окружения и к утру 17 августа вышла на восточный берег реки Ингулец в районе Херсона.

16 танковой дивизии удалось перехватить только отдельные отходящие от Николаева части, соединившись в городе с 72 пехотной дивизией 11 армии. Трофеем немецких войск стали недостроенные корабли советского «Большого флота» — линейный корабль, крейсер и две подводные лодки. Немецкие танкисты с любопытством осматривали циклопические сооружения верфей, лес кранов, завалившиеся набок, словно выброшенные на берег гигантские рыбины, подводные лодки. Тогда мало кто из них задавался вопросом: «А что мы здесь делаем?» Намотанные на гусеницы километры, оставленные по дороге могилы и остовы танков лишь весьма условно приближали немецкие войска к цели кампании — Москве.

Bookmark the permalink.

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься.

  • Хостинг