Забутий танковий рейд

В октябре 1943 года кировоградец Николай Камянченко стал свидетелем бойни, учиненной немецкой авиацией советским танкистам. Вражеские самолеты, как на учебном полигоне, разбомбили десятки советских танков, обездвиженные отсутствием горючего и лишенные возможности скрыться от немецких бомб. Николаю тогда было семь лет, и жил он в селе Вершино-Каменка Новгородковского района Кировоградской области. Трагические события происходили в округе ныне не существующего села Павловка, располагавшегося между селами Митрофановка и Вершино-Каменка и удаленного от последнего всего на четыре километра.

«Уже много лет я ищу хоть какую-то информацию о забытом танковом рейде, – пишет в редакцию “УЦ” Николай Камянченко. – Убежден, только ваша газета в состоянии установить судьбу этого рейда и заполнить белое пятно в истории нашей области периода ВОВ».

Описанные в письме нашего читателя события носят трагический оттенок. Одно из танковых подразделений советских войск было беспощадным образом уничтожено противником. Погибли десятки (если не сотни) людей, уничтожено множество единиц бронетехники. Неудивительно, что в архивных источниках об этом негативном, с точки зрения советской военной цензуры, моменте не написано ни строчки. По крайней мере, краеведу Василию Даценко, к которому мы обратились за помощью, пока не удалось найти какие-либо официальные сведения о той бойне. Зато штатный историк поискового отряда «Память» Сергей Зарицкий помог разыскать очевидца событий 67-летней давности и выйти с ним на контакт…

По мнению Сергея Зарицкого, те события имеют отношение к 5-й гвардейской танковой армии генерал-лейтенанта танковых войск Павла Ротмистрова, участвовавшей в боях за освобождение Кировоградщины. Этот полководец часто применял тактику лихих наскоков по тылам врага, сея панику в рядах противника. Николай Камянченко в своем письме упоминает, что гибель танкового рейда он наблюдал в конце октября 1943 года. Похоже, что описанные события произошли в момент проведения Пятихатской наступательной операции в общем (15 октября – 23 ноября) и неудачного первого наступления на Кривой Рог в частности.

19 октября 5-я гвардейская танковая армия Ротмистрова освободила железнодорожный узел Пятихатки. Еще через четыре дня армия основными своими силами вышла к Кривому Рогу, а частью сил – в район Митрофановки Новгородковского района. Забытый танковый рейд мог быть проведен после 21 октября – после освобождения от фашистов Петрово. Тогда советским танкистам приходилось в день преодолевать с боями расстояние в 30-50 километров. Тылы часто не успевали за передовыми подразделениями, соответственно, танкам не хватало горючего. С большой долей вероятности можно предположить, что возвращавшаяся из вражеского тыла танковая группа прорывалась к Шаровке – крупному железнодорожному узлу. Там находилась нефтебаза, и наши танкисты рассчитывали заполнить пустеющие баки трофейным топливом. Очевидно, склады нефтебазы, пребывавшей под контролем немцев, оказались пустыми. И тогда техника без горючего стала легкой добычей для вражеской авиации, тут же налетевшей со стороны Кировограда. Скорее всего, танки, уничтоженные в окрестностях Павловки и Вершино-Каменки, были частью группы, прорывавшейся к Шаровке, которая находится от этих сел на расстоянии всего 7-8 км.

Пенсионер из Шаровки Василий Алексеевич Шевченко осенью 1943 года жил в землянке недалеко от железнодорожного перегона. Десятилетний мальчик стал невольным свидетелем тех трагических событий.

– Тогда в Шаровке еще не было жилых домов, – вспоминает Василий Алексеевич, – только казармы, казенные дома охраны станции и нефтебазы, здание машинно-тракторной станции. Наши танки прорвались к складам на рассвете, но оказалось, что тут совсем не было горючего. Часов в десять утра, когда немного развиднелось и туман начал рассеиваться, налетели первые «мессеры». Самолеты заходили группами по девять штук и бомбили беспрерывно, так сильно, что куски брони летели во все стороны. Одна «девятка» израсходует боекомплект, уходит на аэродром, а ей на смену прилетает другая группа. Наши танки горели – дымище стоял такой, пусть Бог милует! На технику обрушился целый град бомб, а потом самолеты гонялись за танкистами и расстреливали их из пулеметов. Убежать не было никакой возможности. Кое-кто из танкистов пытался отстреливаться. Я помню, как одна машина заехала на курган (чтобы увеличить угол подъема орудия башни. – Авт.), и экипаж успел несколько раз выстрелить по самолетам.

По разговорам, тогда в Шаровку шло где-то 150 танков. Спаслось только три. После бомбежки танкисты слили горючее в уцелевшие машины и затем ушли в сторону Кременчуга. Погибших танкистов свезли в Шаровку и похоронили в братской могиле. Когда в 1970-х годах в поле за селом рыли траншею, то наткнулись на останки одного лейтенанта. Его тоже похоронили в братской могиле (не исключено, что в тех краях в земле до сих пор остаются лежать погибшие в октябре 1943 года танкисты. – Авт.).

После освобождения железнодорожного перегона обломки танков стянули в Шаровку (после войны порезали на металлолом), а те машины, которые еще можно было отремонтировать, погрузили на платформу и отправили куда-то на завод. Но до сих пор в Шаровке и ее окрестностях то там, то здесь можно найти куски старого, проржавевшего металла – следы разбомбленного немцами затерявшегося в истории танкового рейда…


Джерело: Газета “Україна-Центр”

Tagged , . Bookmark the permalink.

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься.

  • Хостинг